“Оздоровление социума на биологическом уровне – миф или реальность?”

О том, как генетики учатся лечить неизлечимые болезни, о спасении собак от ущербной ДНК и о будущем, которое не остановить никому, – на эти и другие вопросы для газеты «СЕГОДНЯ» отвечал директор Украино-израильского Института стратегических исследований имени Голды Меир Альберт Фельдман.

«Сейчас ведутся мощные исследования, связанные с генетическим изменением нечеловеческого генома: для селекции, производства растений. Что касается генома человека, есть серьезная дискуссия, не является ли это внедрением в Божье провидение.

Тут два момента: во-первых, много исследований засекречены, чтобы не возникли проблемы с запретами из-за религиозного лобби. Однако религиозная философия иудаизма гласит, что для спасения жизни можно использовать любые средства. То есть использовать “криспер” для лечения неизлечимых заболеваний допустимо. На сегодняшний день есть порядка 15-17 заболеваний, с которыми пытаются справиться этим методом, те, которые имеют ярко выраженную генетическую природу. Например, характерный для некоторых еврейских общин синдром Куна (резко выраженное врожденное расширение трахеи и крупных бронхов). Кроме того, синдром Дауна, болезни кроветворной системы. Излеченных пациентов еще нет, но терапия уже начата. Сюда же относятся эксперименты по терапии ВИЧ. Они глубоко продвинулись, но закрыты — до момента их успеха».

Говоря о «нечеловеческом геноме», Альберт Фельдман сообщил следующее:

«Знаете, какая популяция самая генетически ущербная? Это собаки. Мы модифицировали их селекционными методами, а чем уже селекция — тем больше генетических проблем. Овчарки от этого не страдают практически, они вполне здоровы, а вот своеобразные собаки — от йорков и мопсов до фила бразильеро, бордосского мастифа — получают полный набор испорченных генов. Соответственно, первыми “дизайнерскими многоклеточными организмами” станут именно собаки — думаю, уже в этом или следующем году мы станем свидетелями исправления некоторых пород с врожденными заболеваниями. И тут меньше этических проблем, их страдания из-за селекционной модификации, наверное, разрешают нам использовать модификацию генетическую, чтобы их от этого избавить».

«Мы уже сейчас используем элементы евгеники, как бы ни боролись с этим. В западном мире распространена технология скрининга (исследования, выявляющие патологии у эмбриона на ранней стадии), она используется на 97-98%. В развивающихся странах это 35-40%. Скрининг выявляет патологии на раннем этапе, и врожденное заболевание можно локализовать, проведя аборт, когда эмбрион только начинает формироваться, избавляя семью от гигантских трагедий. Теперь у нас есть “криспер”, который позволяет устранять эти патологии на генетическом уровне. В ближайшем будущем родители будут выбирать. У них три пути, как на камне Ильи Муромца: оставлять ребенка таким, как он есть, понимая ответственность; делать аборт, а он до сих пор может привести к бесплодию; или произвести “дизайн” плода с помощью “криспера”», – разъяснил Альберт Фельдман.

Можно даже говорить о том, что спустя некий промежуток времени ученые смогут программировать даже внешность людей.

«Если за деньги можно будет запрограммировать внешность, мир будет наполнен копиями популярных артистов кино. Это нехорошо. Но это движение человечества, это все равно произойдет. Кто-то начнет использовать биологические ножницы. Десятки стран могут это делать. В США было долго запрещено экстракорпоральное оплодотворение (ЭКО), и что случилось? Они просто отстали в этом направлении. Родители из Штатов ездили в Великобританию или в Мексику и там проходили ЭКО. Поэтому нужно создать правила игры, которые примут большинство генетиков — или генотерапевтов. В целом это ведет человечество к здоровью, уменьшению неизлечимых заболеваний, от ВИЧ до онкологии, заболеваний крови, дистрофий. И это, несомненно, позитив».

«Я могу сравнить развитие “криспера” с тем, как развивалась концепция здорового образа жизни. Сравним популяцию крупного города 1917 года и 2017 года и посмотрим, насколько население 2017 года стало здоровее, мощнее, выше. Это элементы вторичной евгеники: по-другому стали питаться, больше заниматься спортом, сменили отношение к здоровью. Это поведенческий уровень, который поддерживается журналами, газетами, ТВ. Масс-медиа поддерживают не больных и толстых, а здоровых и красивых. А тут речь идет о биоуровне. И это тоже оздоровление социума. Кто это может остановить?..»

Но угрозы тоже не избежать, так как могут появиться более проблематичные патологии.

«Могут возникнуть ошибки, которые приведут к еще более проблематичным патологиям. Мы лезем в тончайший инструмент огромной отверткой или топором. Теоретически генетики знают, как действовать. Но могут ошибаться. Это как с генно-модифицированными организмами, мы прошли через множество ошибок. Например, модифицированная соя вредит организму, что привело к запрету ГМО. А с другой стороны, она может совершить генетический скачок и станет неустранимым сорняком. Но это ошибки, которыми мы платим за прогресс, такую же цену мы заплатили, когда занимались техникой — перевернутые танкеры, сожженные дирижабли, катастрофы на атомных станциях».

Что уйдет благодаря “крисперу”?

«В первую очередь исчезнет селекция. Если раньше надо было думать, соединять двух овец, брать здоровое потомство, то сейчас это все может делать генетический дизайн».

 

Рекомендуем ознакомиться