Не утихают дискуссии о последствиях голосования делегации Украины в СБ ООН в поддержку антиизраильской резолюции и реакции на это официального Израиля

В «Новом времени» вышла колонка бывшего депутата Верховной Рады Тараса Чорновола (сына покойного Вячеслава Чорновола — одного из основателей Народного руха Украины) под названием «Настоящая цена израильской дружбы. 17 примеров».

В подавляющем большинстве эти 17 пунктов представляют собой некорректную интерпретацию фактов и предвзятую оценку ситуации. Увы, именно в таком духе работает антисионистская пропаганда, хотя, полагаю, г-н Чорновил далек от подобных взглядов. Некоторые заявления звучат как дурной анекдот, вроде высказывания о «практике торгово-санитарных войн», которые Израиль якобы ведет «по методике РФ» (имеется в виду запрет на ввоз из Украины яиц с обнаруженной сальмонеллой). Или «особо предвзятом отношении в Бен-Гурионе к украинским туристам» (сложно представить, что экс-депутат никогда не проходил паспортный контроль в Нью-Йорке, Париже, Лондоне или не слышал о четверти миллиона нелегальных трудовых мигрантов в Израиле).

Отчасти можно согласиться лишь с оценкой контроверсальности речи президента Израиля в Верховной Раде, да и в ней есть, что обсуждать  с этим, кстати, согласны и многие украинские критики Ривлина.  Можно возражать против наклеивания ярлыков на конкретные организации. Но в целом реакция г-на Чорновола отличается некоторой непоследовательностью  он, вместе с г-ном Вятровичем и их единомышленниками, поспешил расценить этот сюжет как обвинение всех украинцев, что, простите, ничем не отличается от отвергаемых ими попыток «любую критику власти Израиля обзывать антисемитизмом и едва не оправданием Холокоста».

Оставим в стороне сентенцию о «евреях во всем мире, которые «иногда выбирают себе паршивую власть», — это, как говорится, вопрос вкуса. Что касается самих израильтян, то учитывая, что Биньямин Нетаньяху возглавляет правительство нашей страны в четвертый раз, избирателей нынешняя израильская власть устраивает.  Израиль не менее демократическая страна, чем любая другая в западном мире, и имеет право на то руководство, которое избирает. (С другой стороны, если он имел в виду массовое голосование американских евреев за Барака Обаму, то не исключено, немало израильтян с таким определением, возможно бы и согласились. Но и это также вопрос вкуса).

Во всех перечисленных г-м Чорноволом случаях голосование Израиля означало, что он не поддерживает территориальные претензии России к Украине и вытекающие из них действия. Израиль прямо поддержал два немаловажных для Украины документа – «Положение в области прав человека в Автономной Республике Крым и городе Севастополе», где Крым признан оккупированной территорией, и резолюцию в ООН о нарушениях прав человека в Крыму, понимая, что у этих шагов есть политическая цена (в тексте снисходительно замечено: "голосов и так было более чем достаточно" – что ж, не надо, так не надо, будем иметь в виду).

В большинстве других случаев, воздержавшись, то есть не делая обязывающих заявлений, Израиль тоже де-факто поддержал Украину, но при этом не готов видеть себя стороной российско-украинского конфликта. В свою очередь в Израиле без восторга относятся к выраженному протурецкому курсу во внешней политике Украины, заигрываниям с Ираном и странами Залива, кивкам в сторону Рамаллы и ООП (вроде анекдотичного, простите, вручения Ордена Ярослава Мудрого покойному Арафату). Но все это  двухсторонний контекст, в отношении которого третьи страны обычно держат свое мнение при себе. Да, Израиль не стал соавтором предложенных Украиной резолюций «Роль превенции в поощрении и защите прав человека» и т.п., но и Украина не вошла, например, в Международный альянс памяти о Холокосте и не приняла его определения антисемитизма. Стоит ли продолжать список?

Важнее, что в Иерусалиме ценили то, что Украина голосовала против антиизраильских резолюций в ООН или воздерживалась при голосовании, что на дипломатическом языке одно и то же  этого же ожидали и на этот раз. Тот факт, что Украина предпочла поддержать выраженно антиизраильскую резолюцию  после двух резонансных голосований Израиля (заплатившего за это свою политическую цену) за проукраинские резолюции в ООН,  видится в Иерусалиме нарушением негласного консенсуса и также не может не иметь политической цены. Разумеется, удивление стран-непостоянных членов СБ «гипертрофированной», по их мнению, реакцией Израиля и его друзей можно понять. Действительно, что особенного в этой резолюции по сравнению с предыдущими? Произносилась некая «фигура речи», все голосовали «за», ведь это ничего не меняет, поскольку дядя Сэм все равно наложит вето, а израильтяне проявят, как обычно, «понимание необходимости соблюсти правила игры» и не станут в позу, дабы сохранить динамику двухсторонних отношений. Но в том то и дело, что после американского «воздержался» начинается игра по другим правилам.       

О цене этой новой ситуации для украино-израильских отношений можно лишь  догадываться. Мне уже приходилось отмечать, что отношения двух стран исходили из понимания того, что если требуются громкие заявления о том, что Израиль всей душой на стороне Киева и готов идти до конца в его поддержке на международной арене, то на этих разговорах всё и закончится. Но если нужны не заголовки в СМИ, а свободная экономическая зона, передача технологий двойного назначения, сотрудничество в сфере сельского хозяйства, образования и здравоохранения, то есть практические шаги, то очень многое из этого уже делается без ненужного шума. Очевидно, что развитие подобных отношений требует высокого уровня взаимного доверия. Которое после демарша делегации Украины в СБ ООН оказалось перед непростым вызовом.    

Далее, г-н Чорновол обиделся за главу МИД Украины г-на Климкина, который дал указание делегации своей страны поднять руку за резолюцию, объявляющую, среди прочего, еврейские кварталы Иерусалима, Храмовую гору со Стеной плача и прочие районы этногенеза еврейского народа в Иудее и Самарии «оккупированными арабскими территориями». Объяснив это тем, что «любое другое решение кроме как поддержка резолюции с призывом к прекращению незаконной деятельности на территориях, которые, согласно международному праву, имеют статус оккупированных, было несовместимо с борьбой на дипломатическом фронте против временной оккупации российским агрессором Крыма и отдельных районов Донецкой и Луганской областей». Оставим в стороне апелляции к неким «положениям международного права», столь же регулярно, сколь и бездумно повторяемым политиками, неспособными объяснить, территорию какого именно государства оккупирует Израиль  никогда не существовавшего Палестинского? Или Иордании, отказавшейся от юридической связи с  занятым ею в 1948 году Западным берегом еще тридцать лет назад?

Забавно другое: израильский опыт противостояния агрессии арабских стран и исламистскому террору является востребованным брендом и в России, и в Украине. Понятно, что у каждой стороны свои аллюзии. Если Израиль — это Украина, то Крым  это сектор Газы, где окопались радикальные исламисты, а Иудея и Самария, 90% территорий которой напрямую управляются Палестинской национальной администрацией (так сказать, «Палестинская народная республика») — это, понятно, Донбасс. А если Израиль — это Россия, то отторгнутой частью исторической родины является уже Украина. Остается только догадываться, почему украинский МИД вдруг де-факто решил поддержать российский нарратив  притянутое за уши сравнение Западного берега с Крымом скорее сработает не за, а против Киева.      

Но больше всего потрясает заключительный тезис: «правительство Израиля и сам Нетаниягу постоянно демонстрируют свою симпатию и усердное отношение к России, даже не получая взаимности». Видимо, автор «17 примеров» не понимает, что присутствие России в нашем регионе, как здесь говорят, «свершившийся факт и долгосрочный фактор». Что наличие выстроенных отношений с Москвой предполагает установление красных линий и разграничение интересов в Сирии, сдерживание Ирана и тому подобное, с вынесением за скобки сюжетов, по которым стороны в принципе не могут договориться (таких, как поселенческая деятельность в Иудее и Самарии, суверенитет в Иерусалиме и так далее  включая, между прочим, очевидные разногласия по ситуации в Крыму и Восточной Украине)  стоят некоторых усилий. И что позиция Израиля в контексте этих отношений является весьма и весьма существенным фактором общерегионального расклада, который в нынешнем свое виде, среди прочего, препятствует реализации обсуждаемых кое-кем в США и Евросоюзе схем «размена» асадовской Сирии на порошенковскую Украину? Если автор не в теме  пусть бы спросил, прежде чем озвучивать выдумки. Если в теме  к чему эта провокация?

Итак, есть две новости  хорошая и плохая. Плохая состоит в том, что кавычки во фразе «израильская дружба», которых в опубликованном тексте нет, но которые ясно улавливаются в контексте, останутся в памяти двух народов и будут неизвестно долгий срок омрачать их отношения и после того, как дипломатический кризис будет преодолен (к счастью, это уже происходит). Хорошая новость заключается в том, что времена, когда конфликт государств непременно предполагал и кризис в личных отношениях их граждан, к счастью, прошли. Как писал Тычина, правда, в иной ситуации и по радикально иному поводу: «Та нехай собі як знають божеволіють, конають  нам своє робить!» 

Рекомендуем ознакомиться